Фото: REUTERS/Lucy Nicholson

Некоторые считают его сумасшедшим, другие воспринимают как чудака, славящегося безумными танцами и экстравагантными «выкидонами», третьи иронизируют по поводу дружбы с тем самым Кобе, «которому не нужна ваша любовь». Впрочем, нет ни одного болельщика, хоть сколько-нибудь интересующегося НБА, который бы не симпатизировал безудержной энергии, бьющей через край страсти к игре и неиссякаемому оптимизму, излучаемому этим человеком. Воспользуемся пришествием Ронни Тюрьяфа в стан «Голден Стейт» как поводом, чтобы вспомнить три года карьеры, которой могло и не быть.

Бизнес есть бизнес

На фоне громких переходов нынешнего лета (в том числе, трансатлантических) переезд Ронни Тюрьяфа из Лос-Анджелеса в соседний Окленд прошел практически незамеченным. Между тем и для «Лейкерс», и для самого игрока расставание было очень непростым. По игровым качествам Тюрьяф, безусловно, не Брайант и даже не Газоль. Он не сравнится по потенциалу с юным Байнэмом. Его популярность отличается от популярности Джордана Фармара, уроженца Лос-Анджелеса, проведшего всю жизнь сначала в УКЛА, а затем и в «Лейкерс». Тем не менее, можно с уверенностью сказать: если бы не сложная ситуация с неподъемными контрактами лос-анджелесских звезд (Брайанта и Газоля, в перспективе – Одома и Байнэма), генеральный менеджер Митч Капчак постарался бы удержать Тюрьяфа в составе. «С Ронни нас связывает многое за пределами площадки», – рассказывает Митч. «Именно это делает решение отпустить его столь тяжелым. Думаю, командам вообще непросто расставаться с игроками, выбранными ими на драфте, особенно после того как они доказали, что являются прекрасными баскетболистами. Что касается Ронни, вы сами знаете- этот парень особенный. Нам будет его не хватать. Особенно тех эмоций и энергии, которые он привносил, играл он или нет».

Рассказывая о встрече с Тюрьяфом, Капчак также отметил: «Это было эмоционально тяжело, поскольку он любит город, любит эту команду. При этом он понимает, что переезд в его интересах. Меньше всего мне хотелось бы, чтобы такой молодой баскетболист как Ронни (не важно, сколько он при этом получает) в 25 лет сидел на «банке»». Не менее бурно отреагировал и Кобе, потерявший не только одного из тех напарников, с которыми ему было легко играть, но и наперсника своих детских игр: «Я очень огорчен. Мне нравится Ронни как человек и как баскетболист. Жаль, что он уходит, но я желаю ему всего самого лучшего. Знаю, что он хотел бы остаться с нами, но такова природа НБА».

Сердце чемпиона

Уроженец солнечной Мартиники и выпускник университета «Гонзага» (куда когда-то ходил Джон Стоктон) Тюрьяф был выбран на драфте 2005 года под общим 37-м номером и, проявив себя во время летнего тренировочного лагеря, заключил контракт с «Лейкерс». К тому времени в списке его регалий числились несколько индивидуальных призов студенческого баскетбола и титул европейского чемпиона в возрасте до 18 лет, полученный в 2000 году в компании с Тони Паркером, Борисом Дьо и Микаэлем Пьетрюсом.

«Из «Лейкерс» мне позвонили, когда выбирали 19-й номер или около того, и сказали, что, если я еще буду доступен на 37-м – хотя они и не думают, что так выйдет – то меня задрафтуют. Потом, когда прозвучало мое имя, я сказал: «Круто, я буду играть в Лос-Анджелесе, поехали», – вспоминает Ронни. Все шло прекрасно, «и тут», как скажет после сам Тюрьяф, – «бам!». Проведенное медицинское обследование выявило весьма серьезные проблемы с сердцем, которые – по настоянию консилиума врачей – потребовали хирургического вмешательства. «Лейкерс» были вынуждены аннулировать соглашение, но сохранили права на Тюрьяфа в случае, если он сможет продолжить карьеру. «Все говорили, что я готов. Знаете, от кого я услышал хоть что-то обнадеживающее? От человека со скальпелем. Я подумал, что, если тот, кто вскрывает меня, словно лобстера, говорит, что я буду снова играть, то ему надо верить».

После шестичасовой операции на открытом сердце, успешно проведенной 26 июля 2005 года, предполагалось, что Ронни потребуется примерно год на восстановление. «Владелец команды пообещал, что оставит для меня место в составе. Через год я снова буду в «Лейкерс», – говорил француз. Команда взяла на себя все расходы на операцию и всячески поддерживала поправляющегося Ронни. А рядом с больничной койкой висела его игровая майка с номером блистательного Майкла Купера, символизирующая мечту.

Тогда первый раз все узнали про несгибаемый характер французского новичка: проведя 9 игр за клуб Континентальной баскетбольной ассоциации «Якима Сан Кингз», уже в январе (менее, чем через полгода после операции) Тюрьяф-таки добился своей цели, вновь надев форму «Лейкерс». Только он сам знает, через что ему пришлось пройти. «Представьте себе спортсмена, который не может самостоятельно надеть носки. Это было тяжелое время. В первый день на площадке я смог пробежать один круг, а потом отдыхал несколько часов, настолько устал. Но каждый день я заставлял себя делать немного больше. Через несколько дней я бегал пять кругов. Потом – 10». Ронни знает, что опыт, приобретенный им тогда, навсегда изменил его жизнь: «Положительное всегда вытекает из негатива. Здесь я выиграл в лотерее. Что бы я ни делал, это в любом случае хорошо потому, что меня могло здесь и не быть».

Талисман

Агент Марк Бартелстайн говорит об этом так: «Лейкерс» оказали ему впечатляющую поддержку в тот сложный период, и он будет всегда им благодарен. Он очень близок с Митчем, который стал ему настоящим другом, он боготворит Фила, его ценят партнеры, и он просто обожает Лос-Анджелес. Но раз он оказался в баскетбольном бизнесе, то хочет стать как можно лучшим игроком».

Предложение «Голден Стэйт», которое «Лейкерс» не смогли повторить, составило 17 миллионов за четыре сезона. В прошлом сезоне в 78 матчах Тюрьяф набирал 6,6 очка и делал 3,9 подбора в среднем за игру. Кроме того, в наиболее драматичном отрезке сезона после того, как По Газоль выбыл с травмой, а «Лейкерс» предстояло турне в Новый Орлеан, Даллас, Хьюстон и Солт-Лейк-Сити, Ронни выходил в старте на месте центрового, повысив свои показатели до 11 очков, 6 подборов и 2 блок-шотов. Дополнительные минуты выделили и слабые стороны: оказалось, что Тюрьяф не всегда уверенно завершает атаки из-под щита, предпочитая средний бросок, кроме того, довольно легко набирает фолы. С другой стороны, мощный форвард чаще всего действовал против физически гораздо более сильных соперников, и все же сумел доказать собственную разносторонность, вместе с Ламаром Одомом помогая Джексону затыкать дырки в составе.

Нужно отметить, что сухие цифры не способны отразить богатство игровой и внеигровой палитры, отличающей Тюрьяфа, который уже в первые полтора сезона заслужил прозвище главного болельщика и заводилы команды, его эскапады не раз пробуждали зрителей и одноклубников, принося итоговые победы. В прошедшем сезоне стало окончательно понятно значение роли Ронни как не просто антропоморфного талисмана команды, которому периодически дают побегать по площадке, но игрока, чьи эмоциональные взрывы производят магическое воздействие на окружающих.

Ронни у края площадки, бешено крутящего полотенце, ободряющего друзей, улюлюкающего или пляшущего, сменял Ронни в стартовой пятерке, не отступающий перед самыми массивными соперниками, зарабатывающий технические фолы против пытающихся «поставить» через него сверху оппонентов, вопящий после эффектного блока и готовый наброситься на партнеров после глупых потерь. «Я увлечен каждой секундой и всегда готов, что меня вызовет тренер. Я хочу быть хорошим партнером, даже когда мяч не в моих руках. Потому я веду себя как сумасшедший, чтобы заводить других», – признается Тюрьяф. В НБА было и есть множество таких игроков, которые полностью отдаются игре, но ни одного, подобного Ронни, отличающегося неповторимым стилем. Стилем, суть которого в том, что сердце Тюрьяфа было буквально слишком большим для того, чтобы играть в баскетбол.

Самому Ронни не нравится его репутация еще одного «энергичного парня», ведь по потенциалу и умениям играть под щитом, стабильному среднему броску, скорости и жесткости Тюрьяф вполне достоин стать игроком стартовой пятерки команды НБА. «Уорриорс», естественно, нуждаются в нем гораздо больше, нежели «Лейкерс», имеющие Байнэма, Газоля, Одома, Уолтона и Мима. И Дон Нельсон приглашает Ронни явно не для того, чтобы исполнять роль хореографа.

В лице Тюрьяфа «воины» получают не просто ролевого игрока, который будет помогать под щитом, а несгибаемого лидера, который будет биться до последнего: «В общем, я хочу посмотреть на себя в зеркало и сказать: «Ронни, ты проделал прекрасную работу, прогрессировал сам и помог прогрессировать партнерам. Тебя все воспринимают как неотъемлемую частичку команды, и сам ты знаешь, что ты ей, действительно, являешься». Так было в прошлогодних «Лейкерс», сердцем которых и был Тюрьяф, так будет и в «Голден Стэйт».